May 18th, 2015

Бунт в Заливе. Монархи не поехали в Вашингтон


Фото AP Pablo Martinez Monsivais

Мир стал другим.
Ещё лет пять-семь, да что там – полгода назад! – нельзя было себе представить, что кто-то из монархов стран Персидского залива демонстративно откажется приезжать в Вашингтон по личному приглашению президента США.
А сегодня объявленный Обамой «саммит США – ССАГПЗ (Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива)» даже саммитом назвать нельзя. Саммит – это встреча первых лиц, а четверо из шести первых лиц арабских монархий прислали Обаме своих представителей. Сами же остались по домам.
Приехать отказался не только король Саудовской Аравии Салман. Из шести стран ССАГПЗ только две – Кувейт и Катар – были представлены своими монархами. ОАЭ, Бахрейн и Оман прислали на саммит официальных лиц более низкого положения. Согласно дипломатическому этикету, это явно не соответствует статусу саммита.
Это называется бойкот.
И не надо ориентироваться на сообщения о том, что король Саудовской Аравии Салман извинился перед президентом США за прогул, а направил в Вашингтон наследного принца и сына – молодого министра обороны – типа «на смотрины». Им, мол, «строить будущее для королевства», и потому их знакомство с высшим американским истеблишментом пойдет всем на пользу.
Ну, Обаме на пользу точно не пойдет потому, как сидеть ему в Белом доме уже считанные месяцы. Стратегии не вырисовывается.
А тем же саудитам польза будет несомненная – вот таким манером они, как представляется, ответили Обаме за его приезд в январе на похороны короля Абдаллы с супругой Мишель, которая и не собиралась в тот день подчиняться традициям Саудии, согласно которым женщине не место в мужских рядах. Тем более политических.

Мы об этом писали в материале «Саудия на пороге новой Эпохи».

[Spoiler (click to open)]

Вон как саудовское ТВ «заретушировало» присутствие первой леди США на панихиде в Эр-Рияде:


Фото islamreview.ru

Плюс в Заливе читают прессу. Прочли, наверняка и недавний выпад Обамы в адрес монархий Залива. Он же сказал: «Самые большие угрозы, с которыми сталкиваются (суннитские арабские государства), исходят не от Ирана и опасности его вторжения. Они исходят от неудовлетворенности в их собственных странах». Кто ж такое вмешательство во внутренние дела и менторский тон из монархов стерпит?
Да ещё за день до приезда гостей из Залива высказался журнал «Foreign Policy»: «Саудовская Аравия это – самодержавная монархия, где в основе общественных отношений лежат жестокие политические репрессии, религиозная нетерпимость и фундаменталистское толкование ислама, находящееся в противоречии с общепризнанными правами человека… Фактически некоторые монархии из состава Совета по сотрудничеству государств Персидского залива зачастую являются проводниками идеологии и источником финансирования исламистского терроризма по всему миру (!)».
Ну, просто: «Добро пожаловать в Вашингтон, дорогие короли!» Как же можно гостей-то на пороге оскорблять? Ясно, что здесь выявилась произраильская позиция, но у арабов-то «осадочек остался»…
И вот, с учетом всех этих нюансов, восточная мудрость и многозначительность жестов была проявлена во всей красе: «неуважение» за «неуважение». Салман отказался от визита… за день до начала встречи.
Не надо сбрасывать со счета такие детали – Восток дело не только тонкое, но и предрасположенное к символистике
Ладно бы один Салман отказался ехать к Обаме – ещё три монарха из Омана, Объединенных Арабских Эмиратов и Бахрейна не соизволили осенить своим присутствием «недосаммит» в Кэмп-Дэвиде. Там тоже прессу читают.
Кстати, загородная резиденция президента США – Кэмп-Дэвид («Лагерь Давида» - того самого Давида, который победил Голиафа) – для арабов является символом поражения. Именно здесь когда-то президент Египта Анвар Садат подписал мирный договор с Израилем, за что и был позже прилюдно казнен на параде в Каире боевиками «братьев-мусульман».
Заметим, что вся арабская нация, какие бы внутри неё не бушевали противоречия и вражда (катарцы свергали Каддафи, Саддам Хусейн аннексировал Кувейт и т.д.), относительно общей позиции против Израиля разногласий не имеет. Хотя те же Саудиты уже немало лет демонстрируют свой интерес к контактам с Тель-Авивом. Марокко даже поддерживало дипотношения с еврейским государством. А Египет с Иорданией поддерживают их до сих пор. Но это – те самые исключения, которые подтверждают правило.
Поэтому сам Кэмп-Дэвид для арабов давно уже стал символом унижения, поражения и предательства Садата.
Что, помощники Обамы не могли этот нюанс просчитать? Зачем было звать арабов в резиденцию? Не могли встретиться в другом месте? Или же сделали это намеренно, чтобы показал монархам их место в американской политике?
Итак, в результате обмена символами из шести приглашенных Обамой монархов приехали двое – эмир Катара, у которого всегда в арабских кругах собственная гордость, и эмир Кувейта, страны, освобожденной когда-то от интервенции Садама Хусейна союзной коалицией во главе США. Они не могли не приехать.
А остальные – смогли. И это – вызов. И это – позиция.
Америка для монархов Персидского залива уже не Храм на Холме, а нечто такое, что раздражает, нечто такое, с чем соприкасаться не хочется. И это – смена Эпох!
Здесь можно припомнить и последние события на нефтяном рынке. Под ударами снижающих цен сланцево-нефтяная отрасль в США испытывает огромные перегрузки, добыча падает с катастрофической быстротой. В данный момент там некоторое затишье, но, похоже, временное. И, когда сланцевую нефть совсем угробят, цены на ближневосточное «черное золото» вырастут. Другими словами, Саудия и её соседи, старательно поддерживая цены на нефть на низком уровне (их глобальный объем продаж не падает), закапывают своего американского сланцевого конкурента. Сюжет? Сюжет!
Но! Ссориться с арабами по этому поводу сейчас Белому дому крайне не с руки. Саудиты почувствовали это, и уже готовы использовать ситуацию в своих интересах.
Предположения о том, что главным препятствием для плодотворных контактов на высшем уровне стал переход Обамы от вражды к сотрудничеству с Ираном, конечно, может выдержать любую критику. Это – очевидно. Но так же очевидно и то, что лично Катар со своей собственной гордостью давно поддерживает с Ираном нормальные отношения и даже делит на двоих крупнейшее газовое месторождение под водами Персидского залива у границ двух стран. Значит, можно же заливному монарху общаться с Тегераном без вражды, но с пользой? Можно.
Ушедший в «лучший мир» король Саудовской Аравии Абдалла отзывался об Иране только в самых мрачных выражениях. Иранцы также саудов не жалуют. Но ни Иран, ни Саудия не могут же взять и «улететь на Луну», только чтобы у них под боком не стало такого раздражающего и пугающего соседа. Рано или поздно придется либо воевать, что для саудовской армии дело новое, а для иранской – вполне привычное, либо находить общий язык и по-соседски решать целый воз накопившихся проблем. Кто победит в случае войны, полагаю, ясно, и никакие американцы не станут грудью своих Джи-Ай защищать королевскую власть Эр-Рияда…
Об этом, в частности, говорили в Вашингтоне. И Обама принципиально отказался подписывать какой-либо документ, обязывающий США вступаться за монархии Залива в случае агрессии против них. Президент США ограничился общими обещаниями «быть всегда рядом». Да ещё настаивал на новых масштабных закупках американского оружия, за которое монархии должны выложить новые десятки миллиардов долларов.
Так, о чем договорились? Хотя, по большому счету, «договоренностями» какие-то соглашения на уровне вторых-третьих лиц со стороны монархий считать можно только с большой натяжкой. И все-таки там что-то, ведь, решили.
Выглядит это «что-то» таким образом.
Президент Обама подтвердил «твердую приверженность США обеспечению безопасности союзников в зоне Персидского залива» и предложил им расширить сотрудничество в области противоракетной обороны, осуществления бесперебойного судоходства и защиты от кибератак со стороны Ирана.
В последнее время в Штатах просто помешались на этих «кибератаках» - то китайцев в них обвиняют, то русских. Похоже, что готовится какой-то большой бадабум на все США, который должен быть «списан» на «происки» кибер-преступников из уже обозначенных стран. Официальные лица в Вашингтоне сейчас не преминут вспомнить недобрым словом китайско-российских хакеров чуть ли не в еженедельном режиме…
Обама также систему ПРО обещал в Залив поставить.
Из текста итогового коммюнике: «Страны Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) обязались разрабатывать региональный потенциал обороны от баллистических ракет, в том числе, путем создания системы раннего предупреждения. Соединенные Штаты помогут провести исследование относительно архитектуры ПРО ССАГПЗ и предложили техническую помощь в разработке системы раннего предупреждения для ПРО всего ССАГПЗ».
Только вот, у специалистов это американское ПРО на побережье Залива вызывает бо-о-ольшие вопросы. Дело в том, что максимальное расстояние между иранским и аравийским берегами Персидского залива – 320 км. Для современного ракетного оружия это – весьма скромная дистанция. А потому от любого ПРО при такой близости позиций проку будет мало: подлетное время измеряется десятками секунд. Зато доходов у американских корпораций от заказов на создание этого ПРО будет много. Тем более, что денег в Заливе хватает – в 2014 году военные расходы ССАГПЗ составили 113,7 миллиарда долларов.
Задумка американцев ясна – получить от монархов новые миллиарды для своего ВПК. Эффективность ПРО – вопрос десятый…
Далее.
Договорились о малом – американцы пообещали свой военный «зонтик», но с оговорками.
Вот представьте себе – агрессия против одной из монархий началась, а в документах про помощь со стороны США сказано следующее: «В случае такой агрессии или угрозы такой агрессии Соединенные Штаты готовы работать с партнерами из ССАГПЗ, чтобы безотлагательно определить, какие действия могут быть целесообразными, с использованием средств, имеющихся в коллективном распоряжении, включая потенциальное использование военной силы для защиты наших партнеров из ССАГПЗ». Так сказал Обама.
Другими словами, Обама не ответил официально на предложение союзников о заключении полноценного договора об обороне, который бы обязал США прийти им на помощь в случае вооруженного нападения. По словам Обамы, в случае, если государства зоны Залива станут жертвами агрессии, «США будут готовы вместе с ними в срочном порядке рассмотреть принятие надлежащих контрмер». Бюрократы, однако…
И не факт, что большего не позволили сделать обязательства США перед Израилем. Ведь при наличии полномасштабного договора американцы должны будут помогать монархиям в случае любой агрессии, а кто знает, что случится, если война на Аравийском полуострове вспыхнет не с персами, а с евреями? И какова тогда будет позиция Вашингтона с желанным для арабов договором на руках?
В общем, на срочную американскую защиту – да ещё скрепленную письменными обязательствами – монархам надеяться не приходится. Взамен им внушали, что Вашингтон «открыт для обсуждения» темы возможного предоставления арабским странам Персидского залива американского юридического статуса крупных союзников США, не входящих в НАТО.
«Ах, оставьте, ах, оставьте – всё слова, слова, слова…» (с)
Американцы также пообещали гостям заключить с Ираном соглашение по ядерной программе, «поддающееся проверке». Поскольку Вашингтон сам заинтересован в том, чтобы «ослабить беспокойство Саудовской Аравии, Катара, Бахрейна, Омана, Кувейта и ОАЭ относительно последствий возможного соглашения с Тегераном о будущем ядерной программы Ирана».


Президент США Барак Обама и эмир Кувейта шейх Сабах аль-Ахмед аль-Джабер ас-Сабах на встрече в Кэмп-Дэвиде. Всё написано на лицах…
Фото Рейтер

Более того, по сообщениям американской прессы, в ходе переговоров Барак Обама призвал страны региона не начинать своих собственных ядерных исследований в ответ на ядерную программу Ирана. А ведь некоторые из этих стран, включая Саудовскую Аравию, публично заявляли о том, что у них должно быть право обладать ядерными технологиями, которые имеются у Ирана. И после этого у тех же Саудов возникает вопрос: «С кем вы, американские политики?»
Зато США предложили создать для стран Персидского залива ускоренную процедуру поставок оружия, указывается в итоговом коммюнике американо-арабского "недосаммита": «В этих целях президент Обама направит в регион в ближайшие недели делегацию высокого уровня для обсуждения конкретных деталей». А поскольку, в США негласно действует порядок, по которому приоритет в военных поставках отдается Израилю, чтобы тот имел превосходство над арабскими соседями, реакция Израиля может быть совсем недоброй
Да, показательно, что стороны по итогам конференции ограничились лишь информацией в форме коммюнике, то есть сообщением, не имеющим силы обязывающего документа. Хотя о том, что монархи настаивали на подписании документа с гарантиями оборонных обязательства США перед странами ССАГПЗ, в канун переговоров сообщала газета «The New York Times».
А посол ОАЭ в США Юсеф аль-Утайба накануне встречи в интервью «The Associated Press» прямо заявил, что старые договоренности их больше не устраивают: «Мы ждем своего рода гарантий безопасности, учитывая поведение Ирана в регионе и рост угрозы экстремизма. В прошлом нам хватало джентльменского соглашения с США по вопросу безопасности. Думаю, что сегодня нам уже необходимо что-то официально оформленное».
Важный момент был зафиксирован в отношении совместного детища спецслужб США и Саудовской Аравии – ИГИЛ, которое в последний год вышло из-под контроля и готово «прыгнуть» на само королевство ради «освобождения святых городов Мекки и Медины». В коммюнике сказано:
«Соединенные Штаты и члены ССАГПЗ вновь заявляют о своей поддержке иракского правительства в его усилиях по ликвидации террористической группировке «Исламское государство Ирака и Леванта». Они призвали правительство Ирака достичь подлинного национального примирения, безотлагательно удовлетворить законные претензии всех слоев иракского общества путем осуществления реформ, согласованных прошлым летом, а также обеспечить строгий контроль всех вооруженных групп на территории страны».
При этом сами члены ССАГПЗ заявили о «приверженности к восстановлению своего дипломатического присутствия в Багдаде и сотрудничеству с иракским правительством по противодействию ИГИЛ».
По поводу «больного вопроса» - Сирии Обама сформулировал свою позицию так: «Применительно к Сирии мы взяли на себя обязательство продолжать укреплять умеренную оппозицию и противодействовать всем экстремистским группировкам». Кроме того, США и арабские монархии планируют «активизировать усилия, направленные на то, чтобы обеспечить путем переговоров политический переход к инклюзивному правительству (в Дамаске), служащему всем сирийцам и не включающему в свой состав Башара Асада», отметил глава американской администрации. Типа – «бескровная передача власти».
Обозреватели отмечают, что открытая линия США на свержение режима Башара Асада вызовет серьезные проблемы в отношениях Вашингтона и Тегерана, и в перспективе может попросту сорвать переговоры вокруг иранской ядерной программы. А ставить под угрозу соглашение, которое способно стать самым большим внешнеполитическим достижением нынешней администрации, Обама не готов. Как не готов и рисковать шансами пойти немного дальше ядерной сделки, и попытаться заключить с Ираном большое политическое соглашение. Вот и занимается словесной эквилибристикой.
В этом случае, заметим, что США и Саудовская Аравия постепенно превращаются из союзников в соперников по сирийской проблеме. Обама давит на тормоза, а у Саудов на свержение Асада поставлено многое. Это, кстати, стало ещё одним мотивом отсутствия короля Салмана в Вашингтоне. То ли ещё будет…
Так что, сделав ставку на замирение с Ираном, Обама не может давить на Асада больше, чем словами, по той простой причине, что Тегеран в этом случае просто пренебрежет американскими «печеньками», и Обама останется у «разбитого корыта» - ни саудов, ни персов.
Поэтому он и пытается найти зазор в позициях обоих берегов Персидского залива ради собственного политического интереса: «Цель нашего сотрудничества в сфере безопасности не заключается в том, чтобы вступать в конфронтацию с Ираном. Никто из нас (участников встречи) не хочет конфликта с Ираном. Мы приветствуем ответственную роль Ирана в регионе… Целью сотрудничества с государствами Персидского залива не является бесконечная конфронтация с Ираном или его маргинализация».
Но, Саудовскую Аравию не устраивает ни сохранение у власти в Сирии Башара Асада, ни даже возможный формальный компромисс между сирийским президентом и Западом в виде приглашения в правительство некоторых деятелей сирийской оппозиции. Эр-Рияду нужно именно свержение нынешнего режима в Дамаске. Так что по этому пункту не договорились.
Салман уже показал, что безболезненно для американцев эти галсы их «заливной политики» не пройдут. Правда, для сирийцев хоть облегчение будет, если американцы от них отвяжутся.
Понимая эти нюансы, эмир Катара шейх Тамим бен Хамад бен Халифа Аль Тани по итогам встречи подчеркнул, что «государства Персидского залива приветствовали договоренность с Ираном по ядерному досье, но они отвергают вмешательство неарабских стран в дела региона».
Уж не Израиль ли он имел в виду?
Да, как-то бочком прошли заявления в адрес Израиля. Битье в грудь ради интересов палестинского народа на сей раз было весьма вялым. Обама заявил, что по-прежнему выступает за преодоление кризиса на основе создания полноценного независимого палестинского государства. При этом он отметил, что в новом правительстве Израиля есть политические деятели, которые не разделяют такой подход.
Обама еще раз озвучил недовольство, назревающее в США по поводу итогов недавних парламентских выборов в Израиле, где после своей победы Биньямин Нетаньяху сформировал ультраправое и ультрарелигиозное правительство.
На встрече как-то была упущена и просьба ОАЭ. А, ведь в канун мероприятия, 7 мая, Объединенные Арабские Эмираты попросили у США письменных гарантий безопасности. Как отметил посол ОАЭ в Вашингтоне Юссеф аль-Утайба, необходимость гарантий обусловлена «поведением Ирана в регионе». Но в отсутствие главы ОАЭ вопрос подвис…
Вместо письменных гарантий страны Персидского залива получили среди прочего: больше совместных военных учений, ускоренную продажу им американского оружия и помощь в улучшении координации противоракетной обороны. Возможно, оно им надо.
По поводу обострения в Йемене, на который те же саудиты обрушили бомбовые авиаудары, сказано, что США и арабские страны Персидского залива призывают к мирному урегулированию в Йемене: «Что касается Йемена, США и Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива подчеркнули необходимость стремительного перехода от военных операций к политическому процессу». Скромно. Про бомбежки ни слова.
И вот что ещё волновало американцев – их спецоперации в регионе с баз Заливных монархий!
«Национальная безопасность Соединенных Штатов становится прочнее благодаря отношениям, включающим интенсивный обмен контртеррористической и разведывательной информацией между нами и каждой из этих стран», – заявил пресс-секретарь Белого дома Джош Эрнест. Недаром среди собеседников был заявлен шеф ЦРУ…
Обсуждались и вполне прикладные мероприятия по координации деятельности разведслужб в отношении Ирана, проведении совместных мероприятиях в Сирии, активизации подготовки суннитской национальной гвардии в Ираке, «антиповстанческих» подразделений в Йемене и ряд других тем. Последствия этих договоренностей мы увидим в самое ближайшее время, но одно можно сказать уже сейчас: благоприятными для Тегерана, Дамаска, Багдада и Саны они не будут, констатирует Iran.ru, чьи авторы следили за ходом переговоров, возможно, более внимательно, чем кто бы то ни было.
Вспомнили и о несчастной Ливии, которую раздолбали, в том числе, и бойцы Катара. США и ССАГПЗ будут тесно сотрудничать в поддержке Ливии во время переходного периода в стране, отмечено в коммюнике. Стороны «отметили растущую обеспокоенность по поводу политического тупика в момент, когда экстремизм продолжает расти» в Ливии. А они что ждали – победы «демократии» в уничтоженной Джамахирии?
«Соединенные Штаты и члены ССАГПЗ решили тесно координировать свои усилия в оказании помощи стране во время политических преобразований (?). Они условились оказывать давление на все стороны, чтобы те достигли политического соглашения, основанного на предложениях, выдвинутых ООН. США и ССАГПЗ также призывают к безотлагательному установлению правительства национального единства до начала Рамадана (18 июня) и готовы существенно увеличивать помощь такому правительству». Аллах им судья…
В завершении бесед и переговоров американский президент отметил, что прошло «откровенное и развернутое» обсуждение важных проблем на Ближнем Востоке, в том числе – «столкновения» (?) в Йемене и Сирии, а также «Исламское государство». И всё?..
А как же его заявление, сделанное дабы успокоить арабских королей, в интервью газете «Аш-Шарк Аль-Аусат»? Обама же четко проговорил эти слова: «Иран – это государственный спонсор терроризма. Он поддерживает режим Асада в Сирии. Он поддерживает «Хезболлу» в Ливане и ХАМАС в секторе Газа. Он помогает повстанцам-хуситам в Йемене. Так что страны региона совершенно оправданно беспокоятся по поводу действий Ирана». По словам Обамы, США будут наблюдать за «безответственными действиями» Ирана и регионе, сохранив военное присутствие и помогая странам Залива сдержать возможную агрессию.
И это после откровений «Foreign Policy», которые мы приводили выше: «Фактически некоторые монархии из состава Совета по сотрудничеству государств Персидского залива зачастую являются проводниками идеологии и источником финансирования исламистского терроризма по всему миру». Так кто, по мнению американцев, терроризм пестует? Что-то они начали в "показаниях путаться"…
Арабы-то знают, кто в регионе «спонсор терроризма», кто создавал «проект Бен Ладен» и поддерживает «братьев-мусульман». У самих, конечно, совесть не чиста, но здесь не забывают о неусыпной заботе ЦРУ в этих вопросах.
И для кого после этого президент США рассказывает по корни терроризма в регионе? «Конспирологические теории прошлого подтверждаются, — заявил кувейтский советник по вопросам безопасности при ССАГПЗ, Сами Альфарадж. – Соединенные Штаты создают нам угрозы, а потом предлагают новые защитные системы. Нам это не нравится».
И если бы только «это не нравилось» представителю Кувейта или блестяще отсутствовавшему королю Саудии…
А потом последовала реакция Тегерана.
Иран будет поддерживать «все подвергшиеся нападению страны на Ближнем Востоке», заявил руководитель и духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи, выступая перед членами правительства Исламской Республики и послами исламских стран в Тегеране сразу после «недосаммита» в Кэмп-Дэвиде. Аятолла в своем выступлении осудил авиаудары, наносимые ВВС Саудовской Аравии и возглавляемой ею коалиции по Йемену. Одновременно он отметил, что «ответственность за безопасность Персидского залива лежит на государствах этого региона, для которых он является родным домом», и что «сохранение безопасности в этом регионе выгодно всем в мире».
Это – официальный ответ руководства Ирана на кэмп-дэвидские дискуссии. Аятолла, кажется, понял, откуда подул в Заливе свежий ветер…

Что это было?
- Бойкот Вашингтона со стороны монархов Залива.
- Политическое поражение Обамы в глазах монархов Залива – он много обещал на словах, но не подписал ничего.
- Миллиарды для ВПК Штатов от заказов на бесполезную в Персидском заливе ПРО и новые вооружения для аравийских монархий.
- Стратегический сдвиг в позиции США в отношении Ирана, о чем прямо в лицо гостям сказал Обама.
- Мягкий «кидок» БУ-партнеров (?) в Заливе со стороны Белого дома.
- Разворачивание новой политики США на Среднем и Ближнем Востоке за счет попыток «охмурения» Ирана.
- Углубление, а, по большому счету, дальнейшее провоцирование Хаоса за счет стравливания государств Персидского залива.
Весьма немало. Разве, не так?

Лавров: "Мы разговаривали с Керри не только об Украине"

Министр иностранных дел России Сергей Лавров провел традиционный "Деловой завтрак" в редакции правительственной "Российской газеты". Было много интересного.


Фото "Российской газеты"

Этот "Деловой завтрак", пишут корреспонденты "Российской газеты", начался не традиционно - с писем читателей "РГ", в которых они с нечасто встречающимся единодушием признавались в уважении и даже любви к главе внешнеполитического ведомства. "Не смущайте, не смущайте", - улыбнулся Лавров.



РГ: Сергей Викторович, как вы оцениваете перспективу дальнейшего диалога в Минском формате"? Все слышали об очень тяжелых переговорах, которые состоялись у вас с госсекретарем США Керри. Только никто не знает, о чем вы говорили за закрытыми дверями. Если можно, расскажите о каких-то деталях. Возможно ли участие американской стороны в урегулировании конфликта на Украине? Следует ли после визита Керри ждать действий с обеих сторон в направлении дальнейшей нормализации наших двусторонних с Соединенными Штатами отношений? В понедельник начался визит в Москву заместителя госсекретаря Виктории Нуланд. Каким образом ее приезд связан с вашей встречей с Керри? И еще один вопрос: в Сочи мы видели Вас за рулем роскошной "Победы". Интересно, откуда эта машина взялась и какое впечатление она произвела на Керри?
Сергей Лавров: Начну с ответа на последний вопрос. Когда мы прилетели в Сочи для подготовки к визиту Керри, представитель МИДа представил меня одному из сочинских граждан. Его звали Вартан Еремян, он - потомок известных участников Великой Отечественной войны, в Сочи даже есть улица в их честь названная. Вартан занимается автохозяйством и в качестве одного из направлений своей трудовой деятельности, восстанавливает раритетные машины.


[Spoiler (click to open)]

"Победа", о которой идет речь, была в 60-х вручена как подарок одному из ветеранов Великой Отечественной. Он жил в Сочи и был приятелем Вартана Еремяна. Перед смертью тот эту "Победу" завещал Вартану и сказал: поскольку ты умеешь хорошо содержать машины, хочу, чтобы она была твоей, чтобы служила как можно дольше всем тем, кто помнит, что такое "Победа" и что она для нас значит. Когда Вартан рассказал мне эту историю, он спросил, могли бы вы на ней подъехать к месту Вечного огня, к мемориалу в память о погибших сочинцах, о тех, кто скончался в городских госпиталях, куда привозили много раненых с фронта? Я счел это вполне органичным, особенно учитывая, что начинался визит Джона Керри с возложения венков к этому монументу.
Я подъехал к мемориалу на "Победе" и ждал его. Керри приехал в своем кортеже, мы провели церемонию. Госсекретарь был очень тронут этой церемонией, во время которой несколько десятков, может быть, даже пара сотен молодых людей держали свечи. Я спросил Керри, не хочет ли он к месту переговоров проехать со мной на "Победе"? Он ответил: я бы с радостью, но у нас есть определенный порядок, есть служба безопасности, и такие шаги с ней нужно согласовывать. Вот, собственно говоря, и все.

РГ: Уже интересно и трогательно.
Сергей Лавров: Это что касается "Победы". Относительно Украины - мы разговаривали с Керри не только об Украине, но об Украине мы говорили большую часть времени. А потом эта тема заняла много места в беседе, которая состоялась у Керри, когда его принял президент Владимир Путин. Смысл того, о чем мы беседовали, заключался в поиске общих знаменателей. Скажу сразу, что это удалось сделать быстро, потому что и Россия, и Соединенные Штаты поддерживают полное всестороннее выполнение Минских договоренностей.
Но, как водится, дьявол кроется в деталях. В конкретных положениях Минского документа от 12 февраля, конкретных задачах, которые стоят перед рабочими группами, созданными в Минске 6 мая. И здесь понимание конкретных задач разнилось.
Мы, потратив так много времени 12 февраля в Минске на уровне первых лиц четырех государств, исходили из необходимости строгого соблюдения той последовательности, которая зафиксирована в Минском комплексе мер по выполнению задач урегулирования. В общем, не только последовательности, но и содержания соответствующих договоренностей.
У американцев несколько иное толкование принятых документов, хотя, на наш взгляд, в них черным по белому написаны правильные вещи, согласованные с президентом Украины Петром Порошенко, согласованные с его представителями в контактной группе. И спорить, собственно говоря, не о чем.
Например, там записано, что местные выборы должны состояться на контролируемых ополчением территориях Донецкой и Луганской областей на основе украинского закона и по согласованию с представителями этих двух самопровозглашенных республик. Американцы говорят: существует закон Украины, поэтому нужно проводить выборы на основании этого закона.
Но, вводя закон об "особом статусе" этих территорий весной, украинская сторона исказила его содержание и внесла поправки, которые, по сути дела, означали, что по статусу эти территории являются оккупированными. А представители Луганска и Донецка являются непонятно чьими представителями на оккупированных территориях, и что выборы там состоятся, лишь когда эти территории полностью перейдут под контроль Киева.
Это - абсолютно искаженное, извращенное, я бы сказал, толкование, прямо противоположное тому, что первоначально было записано.
Поэтому мы, используя деятельность, которая сейчас начинается в рабочих групп или подгруппах, как их еще называют, будем добиваться, чтобы в каждой из этих групп - экономической, политической, гуманитарной, по вопросам безопасности - участники от каждой стороны брали соответствующий раздел Минского документа и выполняли его.
Да, это потребует изменений в нынешней позиции киевской власти, которая, заявив "о полной приверженности Минску", по сути, отказывается от ключевого принципа, заложенного в принятом там комплексе мер, а именно от прямого диалога с Луганском и Донецком.
Этот прямой диалог является ключом к решению и вопросов особого статуса на временной основе, и вопросов проведения выборов в муниципальные органы на этих территориях, и в вопросах конституционной реформы, в рамках которой позиции Донецка и Луганска должны быть полностью учтены. Там все это записано.
Очень трудно вести диалог с людьми, которые на словах говорят: "Да, мы с вами согласны, все нужно выполнять! Но выполнять должны вы. Вы должны заставить руководство ДНР и ЛНР сдаться, отказаться от того, что их избрал народ. И вы должны обеспечить, чтобы киевские власти восстановили полный контроль на границе этих территорий до того, как все остальное будет сделано".
А в Минских соглашениях сказано, что контроль на всем протяжении украинско-российской границе в той ее части, которую сейчас контролирует ополчение, будет установлен, когда все перечисленные мной шаги - временный особый статус, местные выборы, снятие экономической блокады, между прочим, и проведение конституционной реформы - когда все это будет выполнено.
И здесь нет аргументов у наших партнеров, хотя, повторю, на словах они выступают за выполнение Минских договоренностей. А на деле пытаются все переиначить.
Я очень рассчитываю, что то, о чем мы договорились, а договорились мы, как я сказал на пресс-конференции по итогам приема Джона Керри президентом России, о необходимости воздействовать на обе стороны. Потому что и от Луганска и Донецка есть, что потребовать в части более тщательного соблюдения режима прекращения огня, хотя основные провоцирующие действия предпринимаются украинскими властями.
Мы договорились, что США будут использовать свой вес, свое влияние на киевские власти, чтобы убеждать их выполнять Минские договоренности. Но учитывая то, что я сказал о попытках извращенно толковать эти Минские договоренности, процесс будет нелегким.
А мы со своей стороны продолжим работать с представителями провозглашенных республик - Донецкой и Луганской.

РГ: Визит Нуланд, конечно же, осуществляется в развитие встреч в Сочи 12 мая?
Сергей Лавров: Мои коллеги, прежде всего, Григорий Карасин, который курирует украинское направление, будет с ней вести речь ровно о том, чтобы Вашингтон воздействовал на Киев и, во-первых, не допускал каких-либо срывов в силовые сценарии, и, во-вторых, добивался начала политического процесса через прямой диалог с Донецком и Луганском. (На этот момент переговоры с Нуланд уже завершены - С.Ф.)

РГ: Российско-американские отношения сегодня и завтра - шел ли об этом разговор?
Сергей Лавров: Состоявшийся визит Керри, по-моему, уже достаточно проанализирован в СМИ, в том числе, "Российской газетой". Конечно, это означает, прежде всего, то, что попытки изолировать Россию не получаются. Вопросы, которые Керри ставил в Сочи, а это - не только Украина, это - и Сирия, и Йемен, и многое другое, сам набор этих вопросов говорит о том, что без России очень трудно их решать. Так что я признателен своему коллеге, считаю, что, приехав, он поступил весьма ответственно. Мы честно и откровенно обсуждали все региональные конфликты.
Конечно, мы говорили и о российско-американских отношениях. У нас абсолютно честная позиция: все, о чем мы с американцами договаривались, мы готовы выполнять, в том числе, и то, что касается функционирования механизмов двустороннего взаимодействия. Существовала президентская комиссия, в которой были созданы 21 рабочая группа. Все они занимались очень актуальным направлениям либо экономического, либо гуманитарного сотрудничества, либо взаимодействия в сфере международной безопасности.
Ясно, что когда две такие страны, как США и Россия вдруг прекращают общаться по всем этим вопросам, их решения объективно наталкиваются на все новые и новые проблемы.
Мы почувствовали со стороны наших партнеров заинтересованность в наращивании сотрудничества, вернее, в возобновлении сотрудничества по борьбе с терроризмом, с организованной преступностью, по борьбе с угрозами распространения оружия массового уничтожения в различных его видах.
Надеюсь, что наши американские партнеры после того, как проанализируют результаты переговоров с Керри, сделают шаги по возобновлению взаимодействия. Мы к этому готовы.
Но, прерывали связи не мы. Те, кто это сделал, должны свою позицию пересмотреть.

РГ: Большинство шестисторонних переговоров по ядерной программе Ирана проходят, естественно, за закрытыми дверями. Их содержание зачастую остается тайной. Но на переговорах в Лозанне произошел дипломатический прорыв, благодаря которому появилась возможность урегулировать ситуацию вокруг иранских атомных проектов. Могли вы объяснить, благодаря чему удалось достигнуть невиданного прежде прогресса?
Сергей Лавров: Иранская ядерная программа обсуждалась особенно интенсивно последние года полтора. Сдвиги налицо. Качественные сдвиги. Все стороны нацелены на достижение договоренности. Определенным прорывом стала встреча в Лозанне, где была согласована политическая рамка будущих договоренностей, определяющая все ключевые части пакета. И сейчас эксперты работают над конкретизацией этих договоренностей уже в правовых и технических формулировках. Это стало возможным благодаря тому, что участники процесса и со стороны наших западных партнеров, и со стороны Ирана поняли, что дальнейшее продолжение бессмысленного "перетягивания канатов" не отвечает их интересам.
И мне, честно говоря, приятно, что российские участники этого процесса предложили сначала формулу, которая позволила всем объединиться и концептуально согласовать парадигму дальнейшей работы. Это формула называется "поэтапность и взаимность", когда каждый шаг одной из сторон сопровождается встречным шагом другой стороны. И, в общем-то, этот принцип сработал.
И второе, что наши эксперты, прежде всего, заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков, активно предлагали и смогли на основе наших идей консолидировать процесс переговоров. Это специфические предложения, касающиеся и того, как быть с обогащением урана в Иране, после того как проблема ядерной программы будет урегулирована. Это касается и целого ряда других технических решений, в том числе связанных с необходимостью обеспечить баланс интересов с точки зрения снятия рисков распространения ядерных технологий.
В нынешней работе мы особое внимание уделяем тому, чтобы те решения, которые будут в итоге выработаны, не создавали каких-либо прецедентов для деятельности МАГАТЭ, для системы гарантий, которые МАГАТЭ на универсальной основе предоставляет всем своим участникам. И не создавали каких-либо прецедентов для методов обеспечения режима нераспространения, и обеспечения режима экспортного контроля. Потому что от всех этих договоренностей зависит возможность Ирана развивать легитимные экономические связи с зарубежными странами.
И здесь очень важно не создавать каких-либо искусственных препятствий, не пытаться использовать этот процесс для создания каких-то предлогов для недобросовестной конкуренции.
Поэтому мы рассчитываем, что тот ориентировочный, желательный срок, который был обозначен "шестеркой" и Ираном, а именно 30 июня, вполне может быть выдержан, и достигнутая ранее договоренность "шестерки" с Ираном будет согласована. Это потребует последующей работы в Совете безопасности ООН, поскольку уже есть согласие одобрить эту договоренность соответствующей резолюцией Совета безопасности, и предусмотреть в ней, конечно же, сразу весь комплекс шагов, которые эту договоренность составляют. Этот шаг включает, безусловно, и снятие санкций.
Мы выступаем за то, чтобы все санкции, которые ввел Совет безопасности, были сняты быстро, особенно те санкции, которые вводились вне связи с необходимостью воздействовать на Иран, с тем, чтобы убедить его выполнять правила МАГАТЭ.
Есть санкции, которые вводились за рамками этой задачи. Так что здесь у меня, я бы сказал, такой осторожный оптимизм.

РГ: Решение России поставить ракетный комплекс С-300 Ирану насторожило многих, причем, не только Израиль и США, но и ряд других стран
Сергей Лавров: С-300 никогда не были запрещены к поставкам в Иран - ни Советом безопасности ООН, ни даже односторонними санкциями со стороны американцев и европейцев. Приостановка этого контракта Россией была инициирована собственно нами в ответ на пожелание наших западных партнеров, которые говорили, что этот шаг будет работать в пользу того, чтобы Иран занял более конструктивную позицию на переговорах. Мы прислушались к этому аргументу и объяснили ситуацию нашим иранским партнерам.
Но с тех пор прошло же достаточно времени, и тот принципиальный, качественный сдвиг в позитивную сторону, в общем-то, прорывные договоренности, которые были достигнуты в Лозанне, на наш взгляд заслуживают того, чтобы мы поощрили Иран к дальнейшему сотрудничеству. Но теперь уже не методом приостановки выполнения контракта на поставку С-300, а наоборот, методом снятия наших односторонних собственных ограничительных мер. И методом перехода к выполнению этого контракта.
Отмечу, что еще та договоренность с Ираном, которая была достигнута "шестеркой" осенью 2013 года, и которая называлась промежуточной, была вся выполнена в течение года. Иран пошел на те шаги, которые были записаны, и которые он должен был осуществить.
В ответ западные страны, прежде всего, Соединенные Штаты, ослабляли действие своих односторонних санкций. Раз уж американцы поощряют Иран за конструктивное участие в переговорах путем снижения своих односторонних ограничений, то почему же Россия в политическом принципиальном плане должна поступать иначе? Мы были убеждены, что это сделать необходимо.
С точки зрения безопасности региона, эти системы С-300 не несут угрозы кому бы-то ни было. Они не создают никому проблем, если, конечно, кто-то не захочет бомбить Иран.
А то, что подобные эксцессы возможны, мы наблюдали совсем недавно, в том числе, в Йемене. Поэтому оборонительные системы, которые предотвращают риски и снижают искушение прибегать к военным ударам, вписываются в нашу позицию, которая уже многие годы заключается в продвижении идеи создания системы региональной безопасности в районе Персидского залива, с участием всех арабских стран и с участием Ирана.
Страны, которые потенциально должны по нашему убеждению начать сотрудничать, к этому расположены пока по-разному. Есть среди арабских стран Персидского залива те, кто готов это обсуждать. Некоторые другие считают, что сначала нужно убедиться, что Иран не вынашивает агрессивных замыслов. Но Иран ни на кого не нападал за многие десятилетия. На Иран нападали, Ирак, в том числе, при Саддаме Хусейне, с использованием химического оружия. Поэтому здесь, конечно, нужно брать в расчет весь комплекс исторических ощущений государств, которые не могут не заботиться о своей безопасности.
Я абсолютно не согласен с теми, кто говорит, что поставка С-300 была политической ошибкой.
Приведу цитату из такого источника, как президент Соединенных Штатов Барак Обама. Когда у него спросили, вскоре после объявления нами решения возобновить исполнение контракта по поставке С-300, не волнует ли это Соединенные Штаты, он сказал примерно следующее: совсем не волнует. Обама сказал, что даже удивился, что русские пять лет тянули с возобновлением этой процедуры.
Реакция в мире, которая последовала после нашего решения возобновить исполнение контракта с Ираном, не была какой-то алармистской. По большому счету она была взвешенной, объективной, и отражала понимание солидными аналитиками оправданности и неизбежности даже этого шага.

РГ: Возможно ли вступление Ирана в Шанхайскую организацию сотрудничества на саммите организации в Уфе?
Сергей Лавров: Иран подал заявку в ШОС. Сделал он это достаточно давно. Учитывая, что критерий членства в ШОС предусматривает положение, в соответствии с которым кандидат не должен находиться под санкциями Совета безопасности ООН, эта заявка пока формально не была рассмотрена. Но как только будет зафиксирована договоренность по иранской ядерной программе, каких-либо препятствий для вступления Ирана в ШОС не останется.
В сложившихся обстоятельствах Россия выступает за то, чтобы на Уфимском саммите Шанхайской организации сотрудничества, где будет официально открыт процесс присоединения к ШОС Индии и Пакистана, принять решение, которое будет подчеркивать нашу готовность продвигать и членство Ирана в организации по мере прогресса в урегулировании иранской ядерной программы. И соответственно устранения оснований для сохранения санкций Совбеза.
Сейчас еще рано говорить, потому за почти два месяца, оставшиеся до саммита ШОС, может произойти немало событий, но у меня есть все основания полагать, что прогресс будет достаточным для того, чтобы в Уфе главы государств получили предложение от министров, которые этот саммит готовят, принять политическое решение. Оно будет указывать ясную перспективу членства в организации и для Ирана.

РГ: В Москве на праздновании 70-летия Победы 8-10 мая гостило много иностранных делегаций. Президент России провел немало переговоров, в большинстве из них вы принимали участие. Не могли вы поделиться хотя бы некоторыми несекретными подробностями?
Сергей Лавров: По большому счету больших секретов здесь нет. В том, что касается официального визита Председателя КНР Си Цзиньпина, который состоялся 8 мая, большая часть дня была посвящена мероприятиям в рамках этого официального визита, то есть он весь был, по-моему, как на ладони. И достигнутые в ходе визита договоренности были открытыми, нам нечего здесь скрывать, мы ни против кого не интригуем. Отмечу совместное заявление о дальнейшем углублении нашего стратегического партнерства с Китаем. Отмечу, конечно же, важное совместное заявление, подписанное президентом Путиным и председателем Си Цзиньпином о сопряжении евразийской экономической интеграции и китайского плана-проекта экономического пояса "Шелкового пути". Отмечу и очень важное межправительственное соглашение между Россией и Китаем о сотрудничестве в сфере международной информационной безопасности.
Эта тема, которую мы и китайцы, наши партнеры по Шанхайской организации сотрудничества, по ОДКБ и БРИКС активно продвигаем в рамках Организации Объединенных наций, добиваясь того, чтобы достижения в сфере информационных и коммуникационных технологий, которые были достигнуты за последние десятилетия, не использовались во вред той или иной стране. И, чтобы не было злоупотреблений со стороны тех, кто контролирует различные сегменты Интернета, чтобы государства были равноправными и в этой сфере деятельности человека, так, как Устав ООН и предписывает. Равноправие там неограниченно только какими-то областями жизнедеятельности. Оно продекларировано, закреплено в международном праве, как основополагающий принцип.
Помимо российско-китайского саммита состоялись встречи нашего президента с руководителями Индии, Южноафриканской республики. С ними, как и с председателем КНР, мы говорили об укреплении БРИКС, в том числе, в контексте подготовки к саммиту БРИКС, который состоится встык с саммитом Шанхайской организации сотрудничества в Уфе в первой декаде июля.
Состоялась и неформальная встреча лидеров стран СНГ. Те, кто приехал в Москву, обсудили и весь комплекс нашей совместной работы в связи с празднованием 70-летия Победы, в связи с проведением в нынешнем году Года ветеранов в Содружестве независимых государств. Обсуждались и конкретные направления интеграционных процессов на пространстве Содружества.
Ну, и впервые после начала функционирования Евразийского экономического союза состоялось заседание Высшего евразийского экономического совета, на котором окончательно оформилось членство пятого участника этого объединения - Киргизии. Теперь наряду с Россией, Казахстаном, Белоруссией и Арменией полноценным членом Евразийского экономического союза является еще и Киргизия.
Мы оценили приезд в Россию канцлера Германии Ангелы Меркель, ее желание отдать дань памяти советскому народу, всем тем, кто погиб в годы Второй мировой войны. У нее состоялась, естественно, встреча с президентом Путиным. В основном, обсуждали Украину в том ключе, о котором я ранее упомянул. Здесь у нас с Германией тоже есть понимание необходимости добросовестного выполнения Минских договоренностей.
Канцлер Меркель, как непосредственная участница согласования документа от 12 февраля в Минске, прекрасно знает, какие договоренности там были заложены, понимает контрпродуктивность попыток искаженно трактовать содержание этого документа. И обсуждали, конечно же, наш президент и канцлер Германии вопросы, характеризующие нынешнее состояние отношений между Россией и Европейским Союзом.
Кстати, я сегодня (18 мая - С.Ф.) продолжу этот разговор с верховным представителем ЕС по иностранным делам Федерикой Могерини в Брюсселе, куда мы собираемся для участия в завтрашнем заседании комитета министров Совета Европы.