serfilatov (serfilatov) wrote,
serfilatov
serfilatov

Прямая линия с Президентом: российские реалии и мировые дела - 2

Окончание. Начало - "Прямая линия с Президентом: российские реалии и мировые дела".


Фото пресс-службы Президента России


...И опять – российские заботы на фоне международных событий. Санкции. Импортозамещение. Причем, прозвучали здесь слова, которые заставили вздрогнуть наших «партнеров»: России выгодны эти санкции!
На экране работники молочного комбината «Молвест» из Воронежской области – крупнейшей фермы по выращиванию крупного рогатого скота. Беспокойство их, с одной стороны, понятное. А, вот, с другой стороны, можно сказать, – совершенно неожиданное для зарубежных ушей, ещё года полтора назад слышавших, что «российская экономика разорвана санкциями в клочья».
«Меня зовут Зыков Дмитрий, я фермер, занимаюсь животноводством. Наше беспокойство сегодня вызывает отмена санкций. Если санкции уберут, то наша продукция будет на рынке просто не востребована. У нас существуют также обязательства перед банками – кредиты, которые мы брали. Если пойдёт дешёвая продукция иностранная, то мы не сможем, к сожалению, вернуть эти кредиты. И получается тогда, что нам хана».
Вот так санкции… животворящие!
Владимир Путин, услышав это и увидев на экране мощность «Молвеста», стал озабочен: «Вы ситуацию обрисовали и сказали то, что Вас волнует. Вы знаете, я не думаю, что в ближайшее время наши партнёры пойдут на отмену рестрикций и ограничений в отношении нашей страны.
И даже, несмотря на то, что минские соглашения выполняются по юго-востоку Украины из рук вон плохо и не по нашей вине, а по вине, я уверен, все это уже понимают, киевских властей, но всё равно им как бы невозможно признать, что они не туда забрались, в тупик зашли. Поэтому что-нибудь будут придумывать и эти рестрикции держать, значит, и мы будем держать соответствующие ограничения по доступу их товаров продовольственной группы на наш рынок.
Если они всё-таки додумаются до того, что в их собственных интересах предпринять шаги по отмене этих ограничений, тогда, конечно, они поставят нас в трудное положение, потому что в соответствии с правилами ВТО мы будем незащищёнными, если будем сохранять наши антисанкции, контрсанкции.

[Spoiler (click to open)]

Будем внимательно следить за этим процессом. Здесь много всяких вариантов существует поддержки агропромышленного сектора. Мы видим, я уже об этом сказал, что сельхозпроизводители, крестьяне (крестьяне – в широком смысле этого слова) набирают обороты и по молоку, и по мясу, и по фруктам и овощам, по переработке. Большая программа поддержки, мы будем её, безусловно, исполнять. Но давайте не будем пока смотреть на эту проблему со страхом, а, наоборот, с оптимизмом».

Вы послушайте: «Если они всё-таки додумаются до того, что в их собственных интересах предпринять шаги по отмене этих ограничений, тогда, конечно, они поставят нас в трудное положение, потому что в соответствии с правилами ВТО мы будем незащищёнными, если будем сохранять наши антисанкции, контрсанкции».
Тут и прямое подтверждение того, что нам западные санкции – на пользу. И оценка «правил ВТО», которые могут «выйти боком», а уж как туда мы стремились. И явное сожаление о возможной отмене наших контрсанкций…
А вот что пишут по этому поводу в Турции.
«Vatan» (Турция): «Российский лидер признался, что из-за санкций, введенных в отношении товаров, ввозимых из Турции, после уничтожения российского самолета, нарушившего турецкое воздушное пространство, жизнь в России подорожала».
Где эта газета прослышала такое? Чем они потчуют своего читателя? Пропаганда, понимаешь – откровенно выдают желаемое за действительное.
Да, все-таки на турок произвела неизгладимое впечатление позиция России. А они думали, что будет иначе?

Затем Президент перешел к затронутой выше теме соглашений в «Минском формате». Тема тяжелая, бои на Донбассе продолжаются, люди гибнут. Россия старается сделать максимум возможного для прекращения огня и перехода к политическому урегулированию: «Да, действительно, там многое «зависло», в исполнении этих минских соглашений. Я постараюсь быть очень аккуратным, тем не менее, есть вещи, которые являются очевидными. Очевидность этих вещей в следующем.
Самым важным и первым в решении всех этих проблем на юго-востоке Украины являются вопросы политического характера. Нужно, чтобы люди, которые проживают на этих территориях, чувствовали себя в безопасности, и чтобы они понимали, что у них есть цивилизованные современные права, на которые они имеют право.
Что имеется в виду? Первое – это конституционные изменения. В минских соглашениях написано: до конца 2015 года принять изменения в Конституцию Украины. Но, как мы знаем, в первом чтении проголосовано, а во втором – нет. Мы же не можем внести изменения в Конституцию Украины.
Написано, что в течение 30 суток после подписания должен быть фактически введён закон об особом статусе. Но он не введён.
Написано, что должен быть принят закон об амнистии. Он принят, но не подписан Президентом. Не мы же это должны делать, понимаете?
И всё время начинают ссылаться на то, что на линии соприкосновения время от времени стреляют. Кто не хочет выполнять минских соглашений, для него это очень хорошая, извините за моветон, «отмазка».
Сами постреляли, им ответили – вот, пожалуйста, стрельба. Значит что – не нужно выполнять минских соглашений? Нет! Другого пути для урегулирования проблемы не существует, кроме как исполнение минских соглашений.
Теперь мы слышим от наших партнёров, в том числе, из Соединённых Штатов и из Европы: вы знаете, там сложная внутриполитическая ситуация, «они не могут». «Они не могут», а мы-то здесь причём? Понимаете, в этом проблема – реально.
Но, если и украинские власти, и если наши партнёры в Европе и в США всё-таки хотят, чтобы мы прошли этот путь и достигли нужных результатов, нужно тогда работать со своими партнёрами в Киеве. А там и Президент, и премьер бывший и будущий, и вся оппозиция так или иначе связаны с западными странами. Окажите на них влияние тогда.
Что талдычить, извините, каждый раз, что Москва должна что-то исполнить? Всё, что мы должны были исполнить, мы исполнили. Сами-то должны что-то сделать?
Посмотрим, как эта ситуация будет развиваться. Мы готовы всячески содействовать этому процессу.
Исхожу из того, что никаких активных боевых действий не будет. Наоборот, у нас не так давно был разговор с Петром Алексеевичем Порошенко, он предложил, это его предложение было, усилить присутствие ОБСЕ, в том числе его предложение, чтобы сотрудники ОБСЕ были с оружием на линии разграничения, и добиться полного прекращения огня.
Я считаю, что это правильное предложение, мы это поддерживаем. Но нужно теперь с западными партнёрами проработать, чтобы ОБСЕ приняло такое решение, значительно увеличило бы количество своих сотрудников и, если нужно, прописало бы в мандате возможное наличие у них огнестрельного оружия».
Это – принципиальное заявление о готовности России поддержать появление вооруженных представителей ОБСЕ на линии разграничения. Помнится, про то активно говорили и в Киеве, и в Брюсселе. Посмотрим, готовы ли они от слов перейти к делу. Путин свой политический шаг сделал.
«Die Welt» (Германия): «Минский договор о достижении мира зашел в тупик, сказал российский президент. Это потому, что не были выполнены договоренности по «Минску-2»: «Мы в этом не виноваты. Но все обвиняют нас. Все, что нам надо было сделать, мы сделали». Путин сказал, что не считает, что будет усиление боевых действий в Восточной Украине».

Сразу поле этого возник оперативный вопрос о только что назначенном правительстве в Киеве: «Пока мы в эфире, Украина обрела нового премьера. Как и ожидалось, главой кабинета министров стал Владимир Гройсман. Что Вы думаете о новом украинском Правительстве?»
В.Путин: «Ничего. Как могу думать о новом украинском правительстве? Я его даже не знаю. Не знаю его состав, не знаю, какие приоритеты оно для себя определит в качестве таковых, что оно намерено делать. Я знаю только, что планировалось сделать, и что сделано».
Западные СМИ сразу подхватили: «Что Вы думаете о новом украинском Правительстве?» - «Ничего»...
А Президент разъяснил: «По-моему, в конце 2014 года был принят план украинским правительством, но теперь уже прежним украинским правительством, который состоял из девяти пунктов. Выполнено, и то не полностью, два. Я сейчас не буду их перечислять, в интернете можно прочитать.
Результаты, конечно, тяжёлые. У нас часто говорят: «перекладывают то-то и то-то на плечи народа». Сегодняшняя Украина – этот тот самый случай.
Мы говорим, у нас инфляция очень большая – 12,9 процента. Да, большая, но она у нас имеет тенденцию к снижению, причём, существенно снижается. Но инфляция на Украине 48 с лишним процентов, представляете? Это запредельная вещь. Цена на газ поднялась не в какие-то проценты, а в 3,3 раза; тепло увеличилось, по-моему, на 50 с лишним процентов; плата за электроэнергию увеличилась в прошлом году, по-моему, на 53 процента, а в этом году планируется ещё на 63.
Мне кажется, что это даже экономически нецелесообразно. Почему? Потому что собираемость, скажем, платежей за газ с населения была самая низкая на пространствах СНГ: не помню, сколько – процентов 20, мне Миллер говорил в своё время. Но, если в три с лишним раза увеличить стоимость газа, тогда вообще платить не будут, в этом же проблема.
Но нам, тем не менее, нужна стабильная, процветающая Украина. Мы очень рассчитываем на то, что так и будет. Хотя кризис, который начался там из-за известного соглашения с Евросоюзом, вообще рукотворный какой-то, какая-то чушь. Не понимаю, зачем это сделали. И вообще мне представляется, что это просто был инструмент для смены власти, вот и всё, о народе никто не подумал.
Вот заключили соглашение, оно вступило в силу: «Это был цивилизационный выбор». Ну, какой цивилизационный выбор? Как были олигархи у власти, так и есть. Там кто-то пытается скандал какой-то у нас устроить по оффшорам, но там прямо первые лица страны – сами миллиардеры-предприниматели и в оффшорах сидят.
Ну да, вот он заработал несколько миллиардов, а потом милой девушке, допустим, она замечательный юрист, передал управление – ну и что, он забыл, что ли, про это? Да никогда никто в это не поверит. Всё равно будет там сидеть и рулить, давать указания, что конкретно делать, это первое.
«Деолигархизация», что ли? Она не происходит – наоборот, усиливается. Дело даже не в конкретных людях, а дело в том, что клановая система управления укрепилась за последнее время, и это оценки не только наши, но и наших западных партнёров, уверяю вас, я знаю, о чём говорю.
Но мы, тем не менее, заинтересованы в том, чтобы Украина встала на ноги, чтобы у нас был надёжный партнёр, и чтобы не происходило то, что происходит, даже в экономике: обнулили им таможенные тарифы с Европой, а товарооборот с Европой упал на 23 процента, с Россией – на 50 процентов. Кто выиграл-то? Зачем это сделали? Непонятно.
Да, мы ввели ответные меры на то, что Украина присоединилась к санкциям Евросоюза в отношении России, но мы ввели через полгода после того, как они это сделали. А потом мне коллеги мои говорят: «Зачем вы это сделали?» Я говорю: «Слушайте, но вы ввели против нас санкции, как Евросоюз, а мы полгода ничего не делали, ждали – может быть, вы опомнитесь». – «Ну да, для вас это ведь ничего не значит, а для нас это чувствительно, потому-то и потому-то». Так не надо было это делать.
Тем не менее, я надеюсь, что новое правительство сделает выводы из того, что происходило в последнее время, будет действовать прагматически, в интересах народа, своего собственного народа, а не руководствоваться какими-то фобиями либо в угоду каким-то иностранным структурам».
Вот и оценки по Украине:
- «Результаты, конечно, тяжёлые. У нас часто говорят: «перекладывают то-то и то-то на плечи народа». Сегодняшняя Украина – этот тот самый случай».
- «Как были олигархи у власти, так и есть. Там кто-то пытается скандал какой-то у нас устроить по оффшорам, но там прямо первые лица страны – сами миллиардеры-предприниматели и в оффшорах сидят».
- «…обнулили им таможенные тарифы с Европой, а товарооборот с Европой упал на 23 процента, с Россией – на 50 процентов. Кто выиграл-то? Зачем это сделали? Непонятно».
- «Надеюсь, что новое правительство сделает выводы из того, что происходило в последнее время, будет действовать прагматически, в интересах народа, своего собственного народа, а не руководствоваться какими-то фобиями либо в угоду каким-то иностранным структурам».
Откровенно…

«Горячей точкой» прямо в канун «Прямой линии» вспыхнул Нагорный Карабах. Вопрос прозвучал и на эту больную тему: «Нагорный Карабах. Среди граждан России более миллиона этнических армян и более полутора миллионов этнических азербайджанцев, часто они живут рядом, имеют общий бизнес, даже родственные связи, и, естественно, происходящим в Нагорном Карабахе очень обеспокоены. Вопрос: «Какие перспективы урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта видите лично Вы?»
Владимир Путин: «Это – очень чувствительная тема, и мне представляется, что мы должны относиться к ней очень осторожно, по врачебному известному принципу: «Не навреди».
Это – давняя проблема, давний конфликт, он находился в замороженном состоянии. К сожалению, произошла эта вспышка насилия, и мы сделаем всё для того, чтобы её урегулировать, найти приемлемые для обеих сторон решения.
И, конечно, здесь нужны долгосрочные решения по Карабаху. Они могут быть достигнуты исключительно, хочу подчеркнуть, это вроде бы расхожая фраза, но другой не могу подобрать, – политическими средствами должен быть найден компромисс.
Мы несколько лет назад практически, мне казалось, подобрались к тому, чтобы найти этот компромисс с обеих сторон. Но оказалось, что это, к сожалению, не так. В рамках международных структур будем работать, и в двустороннем порядке будем продолжать это сотрудничество, эту деятельность по урегулированию карабахской проблемы.
Россия, кто бы что ни говорил, заинтересована в решении этого вопроса, потому что мы хотим полноценно работать как с Азербайджаном, так и с Арменией. У нас, Вы правильно сказали, в России проживает очень большое количество армян и азербайджанцев, счёт идёт на миллионы, на миллионы идёт счёт. Слава богу, на территории России у нас нет никаких проблем.
Более того, я знаю и армян, и азербайджанцев, которые, несмотря на все трагические события, продолжают сохранять очень добрые межличностные отношения. И я считаю, что это очень правильно.
Россия будет вносить свой посильный вклад. Но, разумеется, конечное решение должно быть за народом Армении и за народом Азербайджана».
Тема сложная, больная. Главное – «Политическими средствами должен быть найден компромисс... Россия будет вносить свой посильный вклад. Но, разумеется, конечное решение должно быть за народом Армении и за народом Азербайджана».

Ещё один вопрос на международную тематику от студентов из Томска коснулся ситуации в Европе, которая столкнулась с комплексными проблемами. Причем, столкнулась после десятилетий спокойной жизни, и сегодняшние вызовы застали европейцев, практически, врасплох.
Размышляя об этом, Владимир Путин говорил: «Действительно, Европа столкнулась с тяжёлыми испытаниями, и, может быть, в Сибири Вы чувствуете себя безопаснее, чем, скажем, в Париже либо Брюсселе, говорю это без всякой иронии – наоборот, отдавая должное нашим коллегам, которые в непростых условиях европейского либерализма пытаются эффективно бороться с террористическими вылазками, я тоже говорю это совершенно серьёзно.
Потому что свобода перемещения, «шенгенская зона» и многие другие вещи, связанные со свободами сегодняшнего дня, – они террористами, к сожалению, эффективно используются, и противостоять этому, оставаясь в рамках действующего законодательства, достаточно сложно.
Россия в «шенгенскую зону» не входит – думаю, что Вы по праву можете сказать о чувстве безопасности больше, чем в Европе, находясь сегодня в Сибири, в Томске. Мы будем приветствовать, безусловно, приезд к нам на работу, на учёбу иностранных специалистов, иностранных студентов, их приезжает всё больше и больше, надо сказать…
Если их направления исследований представляют для нас особую ценность, они приезжают сюда, нанимают здесь персонал, привлекают отечественных исследователей и работают. Вот такую практику мы будем продолжать».
После впечатляющих успехов российских ВКС в Сирии резко возрос интерес к российскому оружию в мире. Вопрос был сформулирован так: «Наша операция в Сирии продемонстрировала блестящее оружие нашего производства. А как бы нам закрепить этот успех и заключить ещё контракты с зарубежными странами на поставку нашего оружия?»
Президент был явно доволен: «Так и будет! Во-первых, совсем недавно мы проводили совещание специальной Комиссии по военно-техническому сотрудничеству. И в открытой части я говорил о том, чего добились наши оружейники за последнее время по освоению международных рынков вооружения.
Мы занимаем устойчивое второе место. Первое место – Соединённые Штаты, они больше всего оружия продают. Мы от них сейчас немножко отстаём, но ненамного, но за нами разрыв очень большой, там уже разница в разы происходит.
Мы в прошлом году, по-моему, продали где-то на 15 миллиардов долларов оружия… Общий портфель заказа на ближайшие годы – 50 миллиардов долларов.
И интерес к нашему оружию, особенно (и Вы правильно об этом сказали) после или в ходе операции наших ВКС, вообще Вооружённых Сил в Сирии резко возрос. По некоторым видам вооружения мы не можем исполнить запросы внешнего рынка, скажем, по системам ПВО (противовоздушной обороны).
И именно поэтому – или, в том числе, поэтому – вынуждены даже были построить два новых завода по производству этой техники. Даже можно сказать, три, на одном из них я недавно был. Так что в этом отношении у нас всё находится на подъёме».
Валерия Кораблёва: «А как себя проявила боевая техника в Сирии? Может быть, какие-то недостатки вскрылись?»
Владимир Путин: «Да, есть всё, в том числе, и вскрытые недостатки. И должен сказать прямо, их немало. Это всё внимательно анализируется специалистами. Более того, в ходе применения боевой техники в боевых условиях специалисты многих предприятий выезжали на место и доводили эту технику до нужных кондиций. Работа продолжается».

Да, работа продолжается на всех направлениях внешней политики России, включая торгово-экономические связи, военно-политическое сотрудничество, посредничество в решении конфликтов в «горячих точках» - забот масса.
Хоть международную тематику в этот раз на «Прямой линии» обсуждали не так активно, но просто бросилось в глаза, что каждый вопрос относительно мировой политики прямо замыкался на российские реалии.
Это – геополитика. Мир оказался по-настоящему взаимосвязанным. И место России в связи с этим стало очень видным и заметным. Недаром уже политики высокого уровня из-за рубежа говорят о том, что крупнейшие мировые кризисы без участия Москвы не решить.


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments