serfilatov (serfilatov) wrote,
serfilatov
serfilatov

Categories:

Ко второй годовщине начала «арабской весны»: Похищение Революции

Каир. Девочка
Эта фотография обошла всю египетскую прессу.
Ребенок в эпицентре Революции в облаках слезоточивого газа.

Только что вышел в свет новый номер журнала «Международная жизнь» (№2, 2013). В нем напечатаны мои заметки о поездках в Тунис и в Египет в начале нынешнего года. Цель была проста – посмотреть, что происходит в этих странах, которые два года назад стали первыми жертвами так называемой «арабской весны». С людьми поговорить...
Публикую полный вариант своих заметок – журнальный вариант несколько короче.

В один голос два простых человека – Бешир Сасси, тунисский безработный, и Абдельхамид Гохар, египетский крестьянин, – говорили: «Мы рады тому, что у нас свершилась Революция. У нас теперь много свободы и демократии. Никто нас не может арестовать только за то, что мы думаем не так, как наши новые правители. Мы не стали лучше жить, но мы стали более свободными – и это самое главное»…
Это, пожалуй, - самое сильное впечатление от общения с разными людьми в Тунисе и Египте, с кем довелось поговорить в эти последние недели, в канун второй годовщины, так называемой, «арабской весны», которая началась в январе 2011 года в Тунисе и продолжилась в феврале 2011 года в Египте.
Как Вы помните, первыми плодами этой Революции стало бегство из Туниса президента Бен Али, отставка с поста президента Египта Хосни Мубарака, и всеобщая эйфория по поводу наступившей, наконец, Свободы и Демократии. Люди на улицах плакали от счастья…
Ну, а уж потом, когда «расцветающая» «арабская весна» дала свои кровавые побеги, прежде всего, – у соседей, это сразу же позволило части обозревателей размежевать «мирные события» в Тунисе и Египте и «кровавые события» в Ливии, Сирии, Бахрейне и Йемене. Как будто стратегический курс этих переворотов и революций в каждой отдельной стране проявился сам по себе, и они, типа, друг на друга не влияют. И вообще, это не единый процесс, а просто как-то совпало…
Сразу хотелось бы заметить, что полемики по этому поводу в данном материале не будет. Автору совершенно ясно, что вся «арабская весна» - это единый процесс, охвативший страны Ближнего Востока.
Более того, можно принять к изучению версию, которая логично объясняет происходящее, и которую автор уже высказал в некоторых аудиториях и не встретил резкого отторжения своей гипотезе.
Смысл её в том, что за последние 100 лет страны и народы Ближнего Востока очень быстро прошли через несколько исторических периодов. Сначала они были территорией Османской империи. Потом – колониальный период с подмандатными территориями Франции и Великобритании. Затем – десятилетия независимости: в части стран – появление и укрепление монархий (Саудовская Аравия, Марокко, Иордания, Кувейт, Катар, Оман, Эмираты), в части стран – военные режимы социалистической ориентации (Алжир, Ливия, Народная Демократическая Республика Йемен, АРЕ, Сирия, Ирак). После крушения Советского Союза резкий крен в сторону капитализма, который получил из Египта своё местное имя – «инфитах» (политика «открытых дверей», означавшая начало перехода Египта к рыночной экономике западного образца).
Взгляните – многие арабские страны попробовали османский гнет и ушли от него; попробовали колониализм и отказались; попробовали социализм и отказались; попробовали капитализм и… на наших глазах отказываются от него. Теперь они идут к своим истокам – к Исламу. И надеются, что именно Ислам принесет им лучшую жизнь. А сам Ислам пошел в политику – «политический ислам» стал уже расхожим термином в политологии.
В процессе нынешнего перехода странам «арабской весны» хотят содействовать арабские монархии, прошедшие последние десятилетия без этих потрясений. И то, что они «содействуют» топорно и грубо, – другой разговор. Но «крот истории» проЯВИЛ себя очень явственно.
В каждой конкретной стране этот процесс «арабской весны» проявился по-своему, в процесс этот вмешиваются многие иноземные силы, стараясь «возглавить», «подчинить» и «направить», но, в конечном счете, дело идет к историческим переменам в регионе.
Истоки «арабской весны» мы достаточно подробно проанализировали в материале двухгодичной давности «Ближний Восток: «Идеальный шторм», и, самое интересное, те оценки за прошедшее с тех пор время жизнь не опровергла. Так что, к истокам и причинам «арабской весны» возвращаться сегодня не станем. А просто расскажем, куда «приехали» две страны-«закоперщицы», на которых постоянно показывают пальцем, как на первые примеры «народных восстаний», положивших конец ближневосточным «тираниям» и открывшим народам региона путь к «свободе» и «демократии».
Приведенные в начале слова из разговоров с пережившими эти два года простыми жителями Туниса и Египта лучше всего демонстрируют, каковы были и остаются их надежды.
А про наступление политического ислама заговорили уже спустя много месяцев после революций…
И очень показательно то, что в реальной жизни – и политической, и экономической, и социальной – все складывается совсем не так, как рисовалась в «розовых снах» новая, счастливая и свободная жизнь гражданам Туниса и Египта. Они, воспитанные не только на национальной, но и на европейской культуре, хотели бы, чтобы сразу после их Революции их жизнь стала похоже на парижскую. Только вот забыли, что сама Великая Французская Революция породила и Вандею, и гильотину…

P2030223

Каир. Сожженное здание ЦК бывшей правящей партии Египта.
Никто ремонтировать и не собирается…
Фото автора

Пожалуй, здесь к месту будет напомнить слова канцлера Отто фон Бисмарка, который как-то выдал свой афоризм (а у этого умнейшего человека было немало крылатых фраз): «Революцию подготавливают гении, осуществляют фанатики, а плодами ее пользуются …».
Заинтересованный читатель может обратиться за продолжением к оригиналу.
Мы не имеем намерения оскорбить кого-либо. Просто пройдемся по событиям последних месяцев, предшествующих второй годовщине начала «арабской весны», которую иначе, как «Революцией», в этих краях не величают, и постараемся понять, кто же пользуется сегодня её плодами?
Ведь не зря в начале февраля каирская пресса буквально кричала, и ей вторила пресса тунисская: «У нас украли Революцию!»

Мистическая дата «арабской весны»

Ходил в Тунисе и в Каире по разным встречам, сидел в разных кабинетах, в кафе на улицах, в редакциях газет, и везде доставал свой блокнот с простой формулой из восьми цифр и спрашивал собеседников: «Что это такое?»
Удивительное дело, все смотрели и ахали – как же мы этого раньше не видели!

А демонстрировал я им на листе бумаги вот такой порядок цифр: «11.02.2011».
Если перевести эти цифры на язык календаря, то читается так: «11 февраля 2011 года».
Это – дата изгнания с поста президента Египта Хосни Мубарака.

Если бегство президента Туниса Бен Али в Саудовскую Аравию стало спусковым крючком для развертывания дальнейших событий «арабской весны», то изгнание из власти «фараона» Мубарака, лидера крупнейшей, ведущей, имевшей огромный политический вес в арабском мире страны – Египта, стало поворотным моментом в Истории всего Ближнего Востока XXI века.
Как будто само Провидение провело черту между Прошлым и Будущим именно в этот день, когда цифры на календаре выстроились в «зеркальное число»: 1102/2011. Мистика?..

«Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд…»
Это, между прочим, Борис Пастернак. Это, между прочим, написано 100 лет назад. Так вот, дальше будет и о феврале, и навзрыд.
Рыдания при этом – местные, ближневосточные, и совсем не наигранные.
Пока общался с египтянами в первые дни февраля в Каире, из Туниса приходит чудовищная новость – средь бела дня убит четырьмя выстрелами наповал на пороге собственного дома лидер тунисской демократической оппозиции, глава тунисских социалистов Шокри Белаид. При прошлом режиме он отсидел в тюрьме. А теперь боролся за «свободный и демократический» Тунис…
На следующий день пол-Туниса на ногах. Демонстрации не утихали несколько дней. Людей, что называется, «достало», как их Революцию, крадут иные силы. В столице Туниса у здания МВД тысячи тунисцев пели национальный гимн и скандировали: «Правительство должно уйти!», «Народ хочет падения режима!», «Они убили тунисскую революцию!», «Если правительство не уйдет, мы сделаем новую революцию!». «Это черный день в истории современного Туниса... Сегодня мы говорим исламистам: «Убирайтесь!» С нас хватит! Тунис погрузится в кровь, если вы останетесь у власти».

Тунис, 08.02.13

Тунис вышел на массовые акции протеста после убийства Шокри Белаида.
Фото Мериам Мехти (Тунис)

Протесты сразу же вспыхнули в десятках городов по всему Тунису. Разгневанная толпа подожгла штаб-квартиру правящей партии «Эннахда» в столице. Начались погромы её региональных представительств. Четыре оппозиционные партии объявили о приостановке своего членства в конституционной Ассамблее.
Со своей стороны исламисты начали организовывать выступления и стычки с оппозицией. Банды молодчиков снова нападают на магазины в столице и грабят их. Во время одного из таких нападений в районе Баб Аль-Джазира они забили камнями полицейского Лотфи Эззара.
Вот обо всём, об этом сейчас и расскажем, как сможем, ведь «стремительность событий» (М.Цветаева) такова, что любые новости устаревают уже к следующему утру – новые заботы наваливаются.
А потому и рассказ будет посвящен не столько оперативной информации, которой каждый день – горы, а, прежде всего, раскручиванию «канвы событий», да ещё отношению к происходящему самих героев репортажа, и, уж простите, самого автора, который, например, в Тунисе первый раз побывал в 1984 году и с тех пор посещает эту страну чуть ли не ежегодно. И Египет для него – не чужой…
Поэтому, вспомним, с чего там всё началось, и расскажем, к чему всё пришло через два года.

Тунис: На грани нервного срыва

17 декабря 2010 года в тунисском городке Сиди Бузид после самосожжения студента Мохаммеда Буазизи начались события, перевернувшие Тунис, после чего городок приобрел всемирную славу.
Начавшиеся там беспорядки привели не только к свержению многолетнего президента Бен Али – это дало толчок к распространению протестных движений в других арабских странах, получившее с чьей-то легкой руки название «арабская весна».
Так что, Сиди Бузид, - не дать, не взять, – «колыбель революции»!
Такого Тунис ни разу не видел за добрые две тысячи лет после падения Карфагена. По улицам городов в январе 2011 года прошелся смерч бандитского террора. Тунисская молодежь, вмиг превратившаяся из толерантных, доброжелательных парней, которые и темной ночью никогда не представляли никакой угрозы, в уличные банды. И они начали крушить собственную страну. Грабили магазины, отдельно стоящие виллы, разносили в пух и прах полицейские участки, откуда забирали оружие для следующих налетов, поджигали государственные учреждения.
Одно дело — политические манифестации, другое — разбой. И президент Бен Али велел усмирить распоясавшихся молодчиков. Началась стрельба. Утверждают, что погибли около ста человек.
А теперь к этим фактам тех дней прибавились и воспоминания Лейлы Бен Али, супруги свергнутого тунисского президента, которая издала книгу под названием «Ma Vérité» («Моя правда»).
Она пишет, что её муж стал жертвой заговора со стороны сотрудников тунисских органов безопасности и Запада. Это не была революция – переворот был вызван «воздействием на массы, раздачей денег в бедных районах, вербовкой снайперов, усилением протестов посредством точечных убийств и поджогами домов». Она рассказывает, что молодые тунисцы в канун событий получили «необычное количество стажировок» в западных странах. (То же самое мне рассказывали в Каире о подготовке за рубежом египетских молодых активистов накануне январских событий 2011 года).
Как бы то ни было, революция в Тунисе началась с погромов и трупов. Бен Али с Лейлой бежал в Саудовскую Аравию, где до сих пор и находится, а в стране вслед за погромщиками на авансцену поначалу вышли политики-оппозиционеры либерального толка.
Их лозунги, сформулированные, например, доктором политологии Ларби Садики, позиционировавшим себя «независимым» деятелем, демонстрировали и наивность, недопустимую для политологов, и безответственность, что еще хуже. В январе 2011 года он заявлял буквально следующее: «У нас есть стабильность, но нет демократии. У нас есть хлеб, но нет свободы слова… Бен Али оскорбляет интеллект нации!»
Подождите. Если подобные эскапады тунисских высоколобых критиков никак не наказывались властями, то это — лучшее доказательство присутствия в обществе свободы слова, не так ли? Но фрондирующая публика хотела большего — хотела быть во власти! Талейран уже определил такого рода политику: «Это больше, чем преступление, это — ошибка!»
Это — политическая ошибка, потому что в Тунисе теперь полно «демократии» и «свободы слова» (похоже, ненадолго), но мало осталось и «стабильности», и «хлеба».
Кстати, именно через поддержку бедных и голодных с первых дней начали «набирать политические очки» исламисты – в мечетях с января 2011 года начали бесплатно раздавать хлеб. Их тихое, но уверенное появление на политической сцене было малозаметно после первых недель тунисской революции. Они не были в первых рядах активистов, свергавших Бен Али, а затем и последующие временные кабинеты министров (в одном из них пост министра культуры на две недели получил мой старый друг – главный редактор газеты «Ат-Тарик Аль-Джадид»).
Исламисты мудро дождались провала многоголосых демократов, а потом крепко взяли власть.
На выборах в Национальную учредительную ассамблею в октябре 2011 года наибольшее число голосов и больше всех депутатских мандатов – 90 (41,47%) из 217 – получила исламистская партия «Эннахда», тунисская ветвь «братьев-мусульман». Ближайшие соперники: «Республиканский конгресс» - 30 мест, и «Демократический блок за труд и свободу» - 21 место, которые представляют левое, социал-демократическое крыло тунисского электората. Все остальные мандаты достались ещё нескольким партиям – каждой понемногу.
Вот так, через процедуру демократических выборов у власти в Тунисе закрепились исламисты.
Да, политический ислам вышел на сцену в тот исторический момент, когда наступила пора слома эпох и революций «арабской весны». Он копил силы давно. Он имеет очень широкую поддержку, прежде всего, в беднейших арабских массах. Он долгие годы боролся со светскими режимами и внес свою лепту в подтачивание их корней.
Некоторые международные обозреватели считают, что партия «Эннахда» занимает умеренные позиции, а идеологию этой партии называют схожей с политической платформой правящей в Турции Партии справедливости и развития премьера Эрдогана. Но это – обозреватели за рубежом, а вот тунисские студенты, почувствовав недоброе, сразу же после выборов провели массовые акции протеста.
Только вот против чего им протестовать? Народ сделал свой выбор, и отныне в некогда секулярном и светском Тунисе, где женщины были уравнены в правах с мужчинами с конца 50-х годов ХХ века (исключительный случай для исламской страны); где существовала система плюралистической демократии, естественно, со своей – тунисской, спецификой; где те же либералы открыто требовали «большей демократии», и изгнанный президент Бен Али гордился в своё время политическим многоголосием своих сограждан, - в этом Тунисе у власти на основании прямых и честных выборов стали силы, которые всю эту «демократию» рано или поздно прикроют.
Исламисты, как люди серьезные, не для того пришли к власти, чтобы ею потом делиться. Вот последний пример: уже который месяц даже союзники «Эннахды» по правящей коалиции, а также оппозиция требуют отставки исламистов с постов глав ряда министерств и передачи ведомств в руки иной политической силы или создания «беспартийных» ведомств. И что они слышат в ответ? Исламисты категорически отказываются выпускать из рук ключевые портфели! Пост премьера – в их руках.
А это означает, что назначенные на лето президентские и парламентские выборы (если они ещё состояться) будет организовывать исламистское правительство. И кто сказал, что у оно откажется от пресловутого «административного ресурса», который так осуждают либералы, в том числе, и тунисские…
Исламисты очень откровенны в своей среде. Большой скандал возник, когда в интернете появился видеоролик, в котором лидер исламистов Рашид Ганнуши дает наставления ультраконсервативным салафитам.
Он критиковал «светских» и предупреждал, что «светские» могут взять реванш. Он подчеркнул, что «полиция и армия ненадежны». Он призывал салафитов «с умом защищать свои достижения». «Не надо спешить. Надо сначала взять армию и полицию под наш контроль». «Куда торопиться? Воспользуйтесь временем, чтобы накопить опыт. Создайте свое телевидение, радио, школы и университеты».
Да, вот так и начинается в Тунисе «новая жизнь в условиях ответственной демократии», о которой твердили тунисские диссиденты либерального толка, ругая Бен Али и накликивая перемены, в мутной воде которых они желали сами отхватить кусок властного пирога.
Теперь этот пирог будут кушать люди из «Эннахды», а тунисская либеральная тусовка не получит ничего – разве что очередной авиабилет Тунис-Париж, и теперь уж точно «в одну сторону». Хотя, возможен и иной исход – один из её лидеров уже получил пулю в лоб…
Кстати, наши источники в Тунисе прислали эксклюзивные фотографии из полиции, которая демонстрировала захваченное на складах экстремистов оружие в столице и на юге страны.
17 января в районе Татауина, на юге Туниса, были обнаружены тайные склады с большим количеством оружия, заброшенного в Тунис из Ливии для вооружения банд и проведения терактов. «Аль-Каида» уже начала использовать тунисских экстремистов-салафитов и создала по всей стране «спящие ячейки» для проведения террористических операций.

Тунис-оружие3
Это оружие прячут по схронам, чтобы к выборам в Тунисе устроить провокации и сорвать голосование.

Как скупить страну на корню?

После революции казна – что в Тунисе, что в Египте – начала стремительно пустеть. С чего бы это?
Только прямой ущерб от событий января 2011 года в минфине Туниса оценили в 2 миллиардов евро. Иностранные туристы, которые приносили до 50% доходов в бюджет, сюда в обозримом будущем в массовом порядке вряд ли не вернутся. А ведь еще в 2010 году их было 8 миллионов!
Местные тунисцы, занятые в туристическом бизнесе (а это, по некоторым оценкам – до 30% всех работающих), скорее всего, останутся без занятия — обслуживать-то некого. А зарплату им платить надо. Или уже не надо? То есть — нечем платить. Туриндустрия на грани коллапса.
Сейчас, в январе 2013 года проехал по курортным местам Хаммамета. Многие отели стоят закрытыми на ремонт – туристов нет, хотя в былые годы и в январе сюда приезжали отдохнуть и подлечиться многие.
С трудом поменяли евро на динары. В местных обменниках не было сдачи в валюте – туристов нет.
Помнится, что Тунису и Египту в начале 2011 года западники обещали о-о-очень большую финансовую помощь – аж 20 миллиардов долларов.
Почти два года назад во французском Довиле прошел саммит Большой восьмерки, на котором впервые были поставлены на одну доску страны Восточной Европы и Северной Африки в смысле идентичности их судьбы – перехода под управление международных финансовых институтов.
Дословно в документе, который называется «Декларация G8 по поводу Арабской весны», говорится следующее: «Изменения, происходящие на Ближнем Востоке и в Северной Африке, являются историческими и имеют потенциал, чтобы открыть дверь преобразованиям такого рода, которые произошли в Центральной и Восточной Европы после падения Берлинской стены… В этом контексте многосторонние банки развития могут обеспечить для Египта и Туниса на 2011-2013 годы поддержку подходящих (для кого? – С.Ф.) реформ в размере более 20 млрд долларов, в том числе 3,5 млрд евро от EIB (Европейского банка инвестиций)».
Забавно, что сейчас прямая ссылка на этот документ с сайта саммита G-8 недоступна. И чего стесняются? Ведь игроки, расставляющие фигуры на «Мировой шахматной доске», открыто подводят под свой контроль ещё один регион мира, где их влияние в прошлые десятилетия было не столь уж и очевидно.
А стесняются вот чего.
Теперь газета «The Financial Times» пишет следующее:
«В мае 2011 года было объявлено о пакете многосторонней финансовой помощи в размере 20 млрд долл. для поддержки проведения реформ в Тунисе и Египте до 2013 года… «На сегодняшний день ничего не получено», — заявляет министр финансов Туниса. Министр финансов Египта в свою очередь жаловался, что из 7 млрд долл., обещанных со стороны ОАЭ и Саудовской Аравии, поступило всего лишь 500 млн долларов».
Обманули арабских революционеров и западники, и монархии Залива…
Между прочим, если обсчитать общие потери стран, попавших под каток «арабской весны», то цифры просто поражают. Они еще не скоро вернутся к росту показателей экономического развития. Итальянская газета «La Stampa» пишет: как ожидается, в период с 2011 по 2015 год в Египте, Ливии и Тунисе экономические показатели будут снижаться. В указанный период эти страны смогут производить лишь 10% от прежнего ВВП.
Сейчас одна из самых популярных передач египетского телевидения «Как прокормить семью на 1 фунт в день» (текущий курс: 1 доллар США = 6 египетским фунтам).
Так что, здесь после «арабской весны» - «демократия» и «свобода слова», но... люди голодают, и у них нет работы…
И скоро, очень скоро к растерянным и потерявшим надежду арабам придут иностранные дяди и дадут денег в долг, чтобы кредитной удавкой придушить тех, кто не хотел жить «при диктаторах», построивших современные Тунис, Ливию и Египет.
В Вы себе представляете, сколько времени понадобится, чтобы эти долги вернуть? И, коли они возвращены не будут, – ну не смогут ни Тунис, ни Египет отдать миллиарды долларов, да ещё с процентами! – то контроль над экономикой и политикой этих стран перейдет к кредиторам.
Самое занятное, если эти кредиты будут выделены из денег бывших президентов Бен Али и Мубарака, которые после революций были конфискованы западными банками…
Можно только посочувствовать народам двух стран, которые в далекие 60-е годы под руководством своих исторических лидеров Гамаля Абдель Насера в Египте и Хабиба Бургибы в Тунисе пошли путем «арабского социализма». И этого им Запад не простил!
Видимо, сегодня мы являемся свидетелем трагедии, когда бывшие колонизаторы возвращаются и в Тунис, и в Каир. Им не надо даже подкупать верхушку, они просто посадят обе страны в долговую яму. И будут выкачивать из них все соки, втянув в Большую кредитную игру. В ходе этой игры крупнейшие по местным меркам компании перейдут под контроль богатых иностранцев, в расплату за кредиты пойдет по дешевке на распродажу недвижимость – те же шикарные отели тунисского Хаммамета и египетского Шарм-эль-Шейха.
И в связи с этим хочется вернуться к тому вопросу, что был задан в одном из материалов, касавшихся ближневосточных событий и «арабской весны»: «Кому это выгодно?» Похоже, что ответ становится очень понятным – дело идет к скупке целых стран.
А, что касается упоминания о павшей Берлинской стене, то ирония судьбы проЯВИЛАСЬ в том, что вокруг каирской площади Тахрир, ставшей за последние два года эпицентром массовых протестов, воздвигнута новая стена, отгораживающая демонстрантов от кварталов, где поблизости находятся государственные учреждения и, например, посольство США. Так что, Каирская стена встала посредине города, подтвердив гениальную формулу Михайло Ломоносова: «Если где-то убудет, то в другом месте прибудет».

_64524285_us-embassy

С этой стороны – площадь Тахрир. За стеной – посольство США в Каире.
Фото ВВС

К слову, «почему эпицентром протестов в Каире стала именно площадь Тахрир?», - спрашиваю у профессора факультета экономики и политических наук Каирского Университета, известного египетского политолога Нурхан Эль-Шейх.
Она разъясняет: «Тахрир в переводе значит «Освобождение». Имя площади дал сам Гамаль Абдель Насер. Тахрир это, если хотите, как Красная площадь в Москве – символ, который в революцию надо взять под контроль. Вокруг площади – министерства, властные структуры, государственные учреждения».

P2030220
Каир. Площадь Тахрир. Люди не расходятся ни днем, ни ночью.
Фото автора

Продолжение в блоге - "
Ко второй годовщине начала «арабской весны»: Похищение Революции" - 2

Tags: Бен Али, Египет, Мубарак, Тунис, политический ислам
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment